«Искатели сокровищ» и другие истории семейства Бэстейбл - Эдит Несбит

Тут Элис, первой из нас заметив, что Г. О., который до этого держался очень уверенно, несколько скис и даже немножечко испугался, покинула наше укрытие и вышла на авансцену.

– Не позволяйте ему обижать Г. О., – сказала она. – Виноваты мы все. Понимаете, дяде Альберта очень хотелось вас найти. А мы подумали, что вы, быть может, его давно потерянная сестра-сонаследница или старая няня, которая одна на свете знает тайну его рождения. Ну или ещё кто-нибудь в этом роде. И мы у него спросили. А он нам ответил, что вы его давно потерянная бабушка, которую он когда-то знал в Индии. Но мы не слишком в это поверили. Нам показалось, что на самом деле вы – его давно потерянная возлюбленная. И тогда мы решили совершить по-настоящему бескорыстный, самопожертвенный поступок и найти вас для него. Нам-то самим совершенно не хочется, чтобы он женился.

– Но вовсе не потому, что вы нам не нравитесь, – выдвинулся из кустов Освальд. – Наоборот, если уж он должен жениться и этого никак не миновать, мы предпочли бы вас, а не кого-то ещё.

– Великодушная уступка, Маргарет, – проговорил странный священник. – Очень великодушная. Сюжет, однако, закручивается. Гуща событий достигла уже консистенции горохового пюре. Тем не менее несколько пунктов требуют настоятельных разъяснений. Что это за визитёры? Что это за манера наносить утренние визиты нахрапом, по образцу индейских набегов? И почему остальная часть племени прячется, как я теперь замечаю, среди листвы? Отчего бы тебе не попросить их выйти и примкнуть к ликующей толпе?

Вот с этого-то момента он мне и понравился, потому что я понял: он читает одни с нами книги, а может быть, даже поёт те же песни.

Остальные вышли. У нашей леди сделался такой вид, будто ей очень неловко и она вот-вот заплачет. Но в итоге она не заплакала, а засмеялась, и чем больше нас выходило из зарослей, тем громче звучал её смех.

– И кто такой, – продолжил священник, – кто такой, умоляю покорно ответить мне, этот Альберт? И кто такой его дядя? И какое все вы имеете отношение… короче, что вы забыли в этом саду?

Мы все почувствовали себя весьма глупо. Я вдруг осознал, до чего нас много, пожалуй, даже чересчур, и на меня накатило такое смущение, какого я никогда не испытывал.

– За три года жизни в Калькутте я, возможно, от многого здесь отстал, что вполне объясняет моё неведение касательно этих детей, но всё же…

– По-моему, нам лучше уйти, – не дослушав священника, объявила Дора. – Мне жаль, если мы повели себя невежливо или неправильно. Нам совсем не этого хотелось. До свидания. Очень надеюсь, вы будете счастливы с этим джентльменом.

– Я тоже очень надеюсь, – сказал Ноэль, но, зуб даю, подумал, что наш дядя Альберта намного лучше.

Мы уже развернулись по направлению к калитке, но тут наша леди, которая до сих пор вела себя очень тихо и совершенно не так, как когда притворялась, будто показывает нам Кентербери, будто стряхнула с себя сонную одурь.

– Нет-нет, милая, – быстро проговорила она, схватив Дору за плечо. – Всё в порядке. Вы должны выпить с нами чаю. И мы выпьем его на лужайке. Джон, не надо их больше дразнить. Дядя Альберта, к твоему сведению, тот самый джентльмен, про которого я тебе рассказывала. А вы, мои дорогие, познакомьтесь. Это мой брат, – указала она на священника. – Мы с ним не виделись целых три года.

– Значит, он тоже давно потерянный? – спросил Г. О.

– Сейчас уже нет, – улыбнулась наша леди.

А остальные из нас онемели от разнообразных эмоций. Больше всех онемел Освальд. Уж он-то мог сразу догадаться, кем ей приходится священник. Потому что, когда в дурацких взрослых книжках девушка целует мужчину в кустах, он, против всех ваших ожиданий, обязательно оказывается не тайным возлюбленным, а братом. Правда, в книжках брат этот часто представляет собой позор семьи, а не респектабельного капеллана из Калькутты.

Леди повернулась к джентльмену, соединявшему в себе священника и неожиданно обретённого брата:

– Джон, пойди и скажи, что мы будем пить чай на лужайке.

Брат и священник в одном лице удалился, а она, постояв какое-то время совсем неподвижно, проговорила:

– Я сейчас расскажу вам историю, только дайте честное слово не обсуждать её ни с кем другим. Понимаете, она не из тех, какие мне бы хотелось рассказать всем и каждому. А я многое о вас слышала от дяди Альберта и, мне кажется, могу вам вполне доверять.

Мы обещали, и Освальда посетило предчувствие, что он практически знает, о чём пойдёт речь.

– Хотя я не бабушка дяди Альберта, но действительно когда-то была знакома с ним в Индии, – начала леди. – Мы собирались пожениться, а потом между нами произошло… некое недоразумение.

– Ссора? Скандал? – нестройным хором перебили её Ноэль с Г. О.

– Ну да, – кивнула она. – Мы поссорились. Он тогда служил во флоте и ушёл в плавание, а потом… В общем, мы оба об этом пожалели. Но к тому времени, когда корабль его возвратился, я с семьёй уже была в Константинополе, а затем приехала в Англию, и он найти нас не смог, хотя говорит, что всё время с тех пор искал меня.

– А вы не искали? – поинтересовался Ноэль.

– Возможно, – ответила леди.

И наша женская часть заинтригованно выдохнула:

– Ах!

А леди поспешила продолжить:

– А потом я нашла вас, и таким образом он нашёл меня. И теперь я должна кое-что вам рассказать. Постарайтесь держаться…

Она осеклась. Раздался треск веток, и среди нас возник дядя Альберта.

– Извини, что я наделал столько шуму, – обратился он к леди. – Но неужели вот эта шайка тебя действительно выследила?

– Всё в порядке, – успокоила она и, когда на него посмотрела, похорошела как минимум вдвойне. – Я как раз собиралась им рассказать…

– Нет уж, не отнимай у меня этой гордой привилегии! – перебил он. – Ребята, позвольте представить вам будущую миссис Дядя Альберта или, скажем так, новую тётю Альберта.

Нам пришлось много всего рассказывать про то, как и зачем мы здесь очутились. Открывшаяся истина сперва сильно нас удручила, но горечь быстро растаяла, и мы уже не испытывали того сильного разочарования, которое казалось нам неминуемым.

Будущая тётя Альберта была очень добра и мила, и брат её – тоже. Он показал нам множество первоклассных туземных диковинок и других вещей, которые ему пришлось специально для нас распаковывать. Шкуры животных, бусы, разнообразные изделия из бронзы и ракушки. Всё это он привёз не только